Члены ОНК в местах лишения свободы: чем может помочь и чем навредить общение с ними

Родственникам и адвокатам (защитникам) заключенного имеет смысл сразу после лишения его свободы, (а лучше еще раньше, после начала уголовного преследования) выяснить, есть ли в регионе независимые и активные члены ОНК и познакомиться с ними, желательно лично. Эти люди по закону имеют право в любой момент посетить любое учреждение  - от отдела полиции до СИЗО и колонии особого режима - и пообщаться с любым находящимся там задержанным или заключенным, и смогут оперативно отреагировать на разные возникшие проблемы.

К сожалению, не во всех российских регионах в такие комиссии вошли независимые правозащитники, во многих субъектах федерации членами ОНК стали подконтрольные ФСИН люди, часто в прошлом связанные с ней. “Руси сидящей” известны случаи, когда такие члены ОНК игнорировали жалобы заключенных или передавали их администрации учреждения. Впрочем, куда больше известно ситуаций, в которых члены ОНК играли важную роль, предавали огласке вопиющие факты жестокого обращения и, поднимая шум, приводили к прекращению издевательств. Поэтому важно понимать, кто стоит перед вами: человек, формально исполняющий функции наблюдателя, или настоящий правозащитник.

Назначение новых членов ОНК происходит в каждом регионе каждые три года. Поэтому если с момента последних выборов прошло достаточно времени, то скорее всего активные и независимые члены комиссии уже как минимум раз а то и чаще наведывались в ваше исправительное учреждение (конечно если это не отдаленная колония в регионе, переполненном исправительными учреждениями). Поспрашивайте у старожилов, знают ли они таких правозащитников, имели ли опыт общения с ними и если да, то каков был результат. Если состав региональной ОНК давно не менялся а правозащитников в колонии видят впервые, то это повод сомневаться в их эффективности.

При общении с незнакомыми членами ОНК можно начать с разговор с бытовых проблем, и по реакции понять, имеет ли смысл говорить о чем-то более серьезном. Впрочем, бывают ситуации, когда нет времени  на проверку: речь идет о применении насилия или реальной угрозе его применения, опасении за свою жизнь и здоровье, равно как и в случае тяжелой болезни, требующей скорейшего вмешательства. В таких ситуациях лучше все же сообщить о проблеме, одновременно попросив связаться с вашими родственниками, адвокатом и прессой. Даже если члены ОНК не захотят сами ссориться с колонией, они могут ничем не рискуя передать ваше послание близким.

Трудно найти такого начальника исправительного учреждения, который был бы рад присутствию на подконтрольной ему территории независимых наблюдателей. Жалобы ОНК в большинстве случаев воспринимаются как вынос сора из избы и конечно не приветствуются. Но если вы видите, что руководство колонии особенно нервничает перед приездом комиссии, пытается скрыть от нее какие-то факты или не дать встретиться с какими-то заключенными, то это может быть признаком, что перед вами настоящие правозащитники, которые не боятся выявить нарушения и с которыми имеет смысл поговорить начистоту.

С членами ОНК бессмысленно обсуждать ход вашего дела, их контролирующие полномочия ограничиваются исключительно условиями содержания. На ход следствия и суда они никак повлиять не могут, а вопросы об этом могут быть пресечены присутствующими при встрече сотрудниками ФСИН как не относящиеся к делу. Исключение составляют члены ОНК - журналисты, которых можно попытаться заинтересовать особенно показательной или вопиющей историей. Освещение в СМИ ничего не гарантирует, но может помочь в привлечении внимания к делу, если, конечно, оно того стоит и требует.