Как меня разводили на деньги в колонии и как от этого уберечься.

Как меня разводили на деньги в колонии и как от этого уберечься.

Человек, который приезжает в лагерь из СИЗО, очень слабо понимает, как устроена жизнь в лагере. Это два разных мира, которые не особо пересекаются между собой. Только созваниваются регулярно. Можно сколько угодно быть уверенным, что понял, как живут в тюрьме, а потом все изучать заново в лагере. Именно так получилось у меня. Я провел больше двух лет в СИЗО и «наблатыкался» (изучил как общаться в тюрьме, научился специальным словам), но, попав в колонию, сразу же растерялся, будто и не сидел совсем.

Колония, куда я попал, была не черная (где решают блатные) и не красная (где решает администрация). Скорее, это был коммерческий лагерь с элементами блатных понятий в извращенном виде. На словах все решали блатные, а на деле это была связка из криминалитета и администрации. Разных благ и вольностей хватало, но блатные каждый день ходили в штаб и решали там свои вопросы, потом возвращались в барак и рассказывали, как они старались во благо общего.

Пока мы были на карантине, к нам приходило несколько представителей блаткомитета, которые специально нагоняли жути и пытались в разговорах узнать у людей их слабые места. Перед тем, как человека поднимают в сам лагерь, он идет в штаб, где замначальника колонии решает, в какой отряд его определить. Меня определили в самый блатной барак, хотя я и говорил, что хочу работать на промзоне.

Не успев подняться в отряд и осмотреться по сторонам, мы, новенькие, были поставлены перед необходимостью нанести визит смотрящему за лагерем и его браткам. Они в своей хате стали задавать наводящие вопросы, узнавать, кто что делал на свободе, где работал, сколько получал, где жил. Тон разговора сразу стал напряженным. Их опыт общения был явно больше, поэтому не всегда получалось отвечать легко и без последствий для себя. Интересовались также, что делал в СИЗО, как сидел и где. Они зацепились за то, что я работал когда-то барменом в ресторане.

По старым тюремным понятиям, которых сейчас нет, работать барменом было нехорошо, якобы бармены сотрудничали с полицией и сдавали им кого-то в советские годы. Годы далеко не советские, блатные не живут по понятиям, но зацепиться за что-то им было нужно. Я сразу не понял, к чему идет разговор. Вечером меня позвали еще раз на разговор. Со мной общались сразу трое блатных, один из которых был старый грузин. Он начал объяснять суть дела и пытался подвести к разводилову, но у него ничего не получалось, разговор закончился ничем.

Спустя неделю меня снова позвали на разговор. Напрямую деньги не требовали, но говорили о том, что тебе нужно сделать что-то хорошее для барака или лагеря, дабы ко мне относились хорошо. Я тогда слабо понимал систему переводов на общее. Оказалось, что арестанты каждый месяц отправляют деньги на разные “святые места”. Это много разных мест (ШИЗО, Бур, СУС, Игра, ЕПКТ, общее, общебарачное), куда заключенные переводят небольшие суммы. Не зная системы в целом, я послал деньги на часть этих мест, но не на все. Меня продолжали звать на разговоры, грузин хотел, чтобы я стал стукачом на других арестантов для него. То есть я должен был стучать на тех, кто пользуется телефоном в непозволительное время. Стучать на тех, кто пользуется интернетом, не сообщив блатным, на тех, кто затягивает себе какие-то вещи, также не рассказав им. За это людей бы тянули на разговоры и тоже разводили на деньги. Естественно, я отказался от такой перспективы, и тогда Грузин и Аслан (другой блатной) потребовали от меня 20 тысяч рублей, якобы «на общее». Я ответил, что это невозможно, и что вообще не понимаю, почему с меня требуют деньги. Начались еще большие качания. Меня звали на разговор каждый день, объясняли, в чем я неправ и что мне нужно было закинуть больше денег на общее в прошлом месяце. Что моя работа барменом вредная и прочее. По современным понятиям, это был беспредел, но они продолжали, так как чувствовали свою безнаказанность.

Всё это время я жил в блатном бараке. За меня вступались люди из других лагерей и из СУСа, смотрящий за другим бараком, но это не приносило результата. Разговор дошел до положенца лагеря (главного от блатных по всем вопросам). Положенец тоже сказал, что я ничего не должен. Но местным блатным было без разницы, их волновали только деньги и не волновали люди, которые сидели в других местах, а положенец находился в другой колонии. В итоге договорились о том, что я отдам не 20, а 15 тысяч рублей, что тоже было большой суммой в заключении. Перед этим я договорился, что меня переведут из блатного барака в рабочий, где большинство работало на промзоне. Деньги моим близким пришлось перевести на карточку смотрящего, которого называли “Малой”. До общего они, скорее всего, не дошли. Спустя какое-то время выяснилось, что пропало несколько миллионов рублей, которые отправляли на общее в этом регионе. После этой истории меня не трогали и уже не разводили так топорно на деньги, но вокруг постоянно ходили истории, как кого-то разводят на деньги блатные.

С одного знакомого потребовали приличную сумму за то, что он работал охранником в Макдональдсе. С другого человека требовали за то, что он служил по контракту в армии. Третий просто назвал сумму, которую получал на последней работе на свободе. Также очень распространен способ, когда человека разводят из-за того, что он попал за наркотики (подводят к продаже, даже если он только употреблял). Они находят множество способов вымогать деньги, нужно быть очень аккуратными в общении с такими людьми. Они обладают способностями убеждения, а также являются неплохими психологами. Поэтому лучше не рассказывать ни о чем личном, ни о каких автомобилях и высокооплачиваемой работе, да и вообще забыть про какие-либо накопления. А также есть несколько профессий, о которых лучше забыть (повар, бармен, массажист, таксист, охранник и все, что связано со службой по контракту). Не стоит рассчитывать и на связи среди блатных, только если эти люди находятся где-то поблизости, а не в другом лагере.

Также есть небольшой лайфхак, если вас разводят на деньги, а вы видите, что это совершенно несправедливо, то не забывайте, что и в лагере или тюрьме есть мобильная связь. Созвонитесь с лагерем строгого режима и расскажите им свою ситуацию, а также аккуратно намекните, что хотите закинуть пару тысяч рублей (можно побольше) на благо общего этого лагеря. Там, как правило, найдутся грамотные старые сидельцы, которые в момент раскидают эту ситуацию, и на этом разговоры о вымогательстве закончатся.

Общее - дело хорошее, но блатные и администрация очень часто связана между собой. И не ваши родные должны их содержать.

 

Андрей Барабанов