Как начал работать долгожданный закон «День за полтора»

«Государство решило очередной раз проехаться по «наркоманам» и «террористам», исключив их из действия нового закона»

 

Как начал работать долгожданный закон «День за полтора»

Прошел уже месяц с того момента, как вступил в законную силу ФЗ от 3 июля 2018 года №186, вносящий изменения в статью 72 УК РФ. Речь идет о так называемом «Дне за полтора». Решение российских законодателей получилось более чем половинчатым, но оно затрагивает значительную часть отбывающих наказание в колониях общего режима.

В одной из таких колоний, находящихся в самой глубине северной тайги, зэки увлеченно следили за всей попадающей к ним информацией по этому вопросу.

Началось все с того, что 20-го июня в утренней новостной программе выступил основной разработчик этого законопроекта, председатель комитета Госдумы по законодательству Павел Крашенинников. Он заявил, что долгожданное второе чтение состоялось, рассказал о том, что условия в российских СИЗО приближены к пыточным. А под конец испортил всю малину, сказав, что под действие этой нормы не подпадают осужденные за тяжкие и особо тяжкие преступления.

– Вот те нате! – возмутился один из арестантов, отходя от телевизора. – А на кого ж тогда этот закон распространяется? За среднюю и небольшую тяжесть и в СИЗО-то не закрывают!

– Совсем обнаглели эти депутаты, – не выдержал другой. – Их бы самих всех в СИЗО пересажать!

– Да ладно, не бузите, – успокаивал их третий. – Может, занервничал перед камерой человек в прямом эфире и сдуру ерунду и ляпнул. Надо подождать самого закона. Меньше слушайте, господа, больше читайте!

И в тот же день от родных и знакомых по различным каналам связи стала приходить информация о законопроекте. Оказывается, о тяжких и особо тяжких статьях там вообще не говорилось, но упоминалось об исключении преступлений, связанных с оборотом наркотиков и с терроризмом.

Осужденных по этим статьям на зоне общего режима было около трети. Это была внушительная масса людей, готовая разорвать российских законодателей федерального уровня.

И тут одному продвинутому арестанту пришел номер выписываемой им «Российской газеты». В ней корреспондент, рассказывая о сути нововведений в конце своей заметки упоминал, что под действие новых правил не подпадают террористы и «наркоторговцы». Несведущему в уголовных делах журналисту было невдомек, какая колоссальная разница лежит между статьями 228 и 228.1. ведь торговлю (он же сбыт) предполагает только вторая из них. А большинство сидящих «за наркоту» на общем режиме – рядовые хранители и потребители дурмана, осужденные по частям 1 и 2 статьи 228. И у большинства из них не было повода не обрадоваться публикации в главной официальной газете страны.

И вот, в один прекрасный солнечный день середины июля 2018 года на утренней проверке начальник отряда зачитал осужденным положения нового закона, уже вступившего к тому моменту в силу.

Лично мне показалось, что примерно также в 1861 году священники зачитывали крепостным крестьянам «волю». И также, как и тогда нашлось множество недовольных императорским указом.

Для частей 2 и 3 статьи 228, статей 228.1 и 229 УК РФ СИЗО в отношении колонии засчитывалось лишь день за день. И это повергло в уныние огромную массу арестантов, поскольку сидящих только за преступление, предусмотренное частью 1 статьи 228, в колонии не было ни одного человека.

Государство решило очередной раз проехаться по «наркоманам» и «террористам», исключив их из действия нового закона. Ему мало того, что им и без того дают максимально возможные сроки. И на условно-досрочное они могут рассчитывать только по отбытии ¾ наказания, в отличие от остальных осужденных за тяжкие преступления, которым дается эта возможность после отсидки половины срока. Помимо этого, если ты осужден по 205-й и всем связанным с терроризмом статьям, то 99,9% вероятности после освобождения получить еще и административный надзор, значительно ограничивающий повседневную жизнь. К этому еще и долгожданный «день за полтора» на них не распространился.

Но «наркоманы» не успокоились. Они стали подавать ходатайства в суд по месту отбытия наказания, с просьбой привести их приговоры в соответствие с новыми нормами Уголовного кодекса. В ответ судебная инстанция не только отказывала им. Она просто-напросто отказывалась принимать их ходатайства к рассмотрению, возвращая осужденным весь пакет документов.

Несколько по-иному обстояли дела с теми, кто подпадал под действие нового закона – мошенниками, воришками, грабителями, насильниками и мелкими взяточниками. Некоторые из них были твердо уверены, что руководство колонии должно пересмотреть срок отсидки автоматически, без каких бы то ни было заявлений от них. Шло время, но этого не происходило.

Ряд зэков, посчитав столбиком свои срока, сделали вывод, что сразу по вступлении закона в силу они должны выйти на свободу. Если этого не произойдет, то их нахождение здесь – не что иное, как незаконное удержание в неволе. Однако и этого не произошло. В долгожданный день толп освобождающихся у шлюза никто не наблюдал. Также как и в последующие дни.

Руководство ИК, отвечая на вопросы осужденных, упорно повторяло, что пересчет может производиться только после их обращения в соответствующий суд, и оно не в праве самовольно исправлять резолютивную часть приговоров.

Делать нечего. Ходатайства о пересчете длинной вереницей полетели в суд по месту нахождения колонии. Первые заседания назначены на середину августа. Осталось дождаться судебных решений.

 

Эльдар Фанзисов