Медиалаборатория

О пользе и вреде мечтаний в заключении

0

Есть такая расхожая шутка в сети, писать «Куда приводят мечты» и рядом размещать фото лагеря (или тюрьмы). Намекая тем самым то ли на то, что мечтать вредно, то ли на то, что исполнение мечты, как правило, несет за собой определенные риски. На самом деле это лишь шутка. Жажда наживы, пагубные привычки и ошибка правосудия — вот основные причины, по которым люди попадают в тюрьму. Мечты, если и есть в этом списке причинно-следственных связей, то они стоят на последнем месте.

Зато в обратную сторону эта причинно-следственная связь работает лучше. У кого есть мечта, у того есть больше шансов выжить за решеткой. Только мечты у заключенных разные, и, как правило, — с точки зрения вольного человека никакие это вовсе не мечты.

«Укрыться в мечтах»

Есть такое выражение «укрыться в мечтах». На самом деле это и так, и не так. С одной стороны, мечты позволяют забыть о скотских условиях содержания и малоприятных моментах от ежедневного общения с заключенными и с сотрудниками этой системы. Для многих со временем такие мечты превращаются в элемент легенды, который они твердят словно мантру — рассказывая эту историю снова и снова. В закрытом пространстве существует искусственный информационный вакуум, и потому тем для общения не так много. Через какое-то время ты уже наизусть знаешь «истории» каждого заключенного на отряде и не только. Закономерно в них следующее: практически все «невиновны», «судебная ошибка», «подставили», «слишком суровый приговор», и неизменно, — на свободе ожидают мать (жена, дети… в общем, родные люди).

Таким образом, мечта выхолащивается. Превращается в какую-то смутную цель, которую нужно каждый день озвучивать кому-либо (самому себе в первую очередь), чтобы иметь смысл дальше жить. То, что кто-то там, на большой земле «помнит» и «ожидает», — необходимый элемент мечты любого заключенного. Особенно среди тех, у кого большой срок. И не важно, что на самом деле уже мало кто помнит, и может быть, уже никто не ждет. Тут работает самовнушение.

«Мечты блатных»

Самые реальные мечты у представителей блатной среды. Того меньшинства в заключении, что не тешит себя иллюзиями, и живет реальной жизнью, — здесь и сейчас. Они обычно знают, когда освободятся (концом срока, а сроки у них, как правило, небольшие: «Украл-выпил-в-тюрьму»). Чаще остальных они знают свой приговор (и срок) еще задолго до суда; правильно ведут себя во время следствия (облегчая жизнь и себе, и сотрудникам); знают, как и чем займутся в заключении; и как смогут заработать после освобождения. Риск очередного возвращения в тюрьму их никак не страшит. Легкий заработок, доступ к разного рода развлечениям, адреналиновая жизнь, и новое возвращение в тюрьму, которая в понятиях воровской жизни является «родным домом». Для некоторого (небольшого) числа заключенных — это желаемый формат жизни. В местах лишения свободы они задают общий тон, и живут комфортнее остальных заключенных.

Их представления о жизни, и их планы на жизнь после освобождения — у меня никогда язык не повернется назвать мечтами. И, тем не менее, они знают, за что сидят, и чаще остальных добиваются своих целей, и уже одним этим заслуживают уважения.  А их мечты чаще остальных исполняются. Деньги, женщины, наркотики и алкоголь, — то, что одни называют пороками, а для других является удовольствиями жизни (и собственно ее смыслом). В этом и заключаются «мечты блатных». Известный тост «чтобы у нас все было и нам за это ничего не было», в их случае превращается в девиз всей жизни.

Реальность мечты

Начнем с того, что в принципе, к настоящим мечтам способны лишь единицы. В моих мечтах я был сам себе режиссер. Кадры выстраивались в стройный ряд, а достижение тех или иных целей представлялось простым и легко осуществимым. Эту общую характерную черту некоторой оторванности от реальности замечают все, кто когда-либо общался с заключенными. Невозможность что-либо предпринять в данный конкретный момент провоцирует построение грандиозных планов на будущее. Реальность после освобождения для многих оказывается жестоким учителем. Мечты быстро разбиваются вдребезги.

С другой стороны, мечты заключенных часто вполне конкретные и приземленные: «устроиться туда-то», «заработать  столько-то». Это как раз обратная сторона явления. Если у одних грандиозные мечты смешиваются с героическими эпизодами из прошлого и превращаются в бесконечный поток, про таких еще говорят — человек «на рассказе». Таких людей язык кормит. Но это меньшинство. Большинство же в принципе не способно осмыслить либо представить себе сколь-либо стоящую мечту. Такую, которая способна вдохновить.

На днях прочел в интервью матери известной заключенной Варвары Карауловой: «Самая большая Варина мечта сейчас — пройтиcь босиком по траве. В колонии это невозможно». И кое-что понял. А ведь и правда. Чем проще и реальней мечта — тем она сильнее. Это приходит со временем. Вернее, с течением срока. Моей самой желанной мечтой в заключении было погулять босиком по чистому песку. В лагере была лишь пыль, напитанная за долгие годы туберколезной палочкой.

Свою мечту я реализовал в первые же дни после освобождения, — отправившись к родственникам на границу с Монголией, к песчаным бурханам посреди тайги. Самые яркие впечатления моего детства, они же стали самыми яркими впечатлениями после освобождения.

Виктор Васильев, аспирант экономического факультета МГУ им. Ломоносова, бывший заключенный ИК-8 ФСИН Республики Бурятия

Поделиться ссылкой:

Комментарии

Добавить комментарий

Смотрите также: