Жизнь в колонииСИЗОТюремный быт

Сборник «Тюремная коррупция»

0

Российская система исполнения наказаний закрыта и неподконтрольна обществу, что позволяет безнаказанно пытать и унижать попавших туда граждан. Однако закрытость, вседозволенность и безнаказанность порождают не только пытки, но и масштабную коррупцию. Между пытками и коррупцией есть и другая связь: зачастую в местах лишения свободы создаются невыносимые условия жизни, быта и работы только для того, чтобы осужденные и их родственники попытались взятками исправить ситуацию. Дают деньги за то, чтобы не били. За то, чтобы осужденные получили положенную им передачу или свидание. За то, чтобы дали матрас или выписанные врачом лекарства. Но деньги дают не только за то, что положено по закону. Часто – за то, что законом запрещено: за пронос в барак наркотиков и алкоголя, за вызов девушек «пониженной социальной ответственности», за то, чтобы вор в законе смог выйти из камеры на сходку.

Авторы сборника — эксперт «Руси Сидящей» Денис Тимохин, бывший сотрудник спецслужб, осужденный к лишению свободы за превышение должностных полномочий (Собственно, и сам в значительной степени жертва коррупции) и Руслан Вахапов, руководитель офиса «Руси Сидящей» в Ярослале.

Сборник публикуется в сентябре 2018 года и будет дополняться. Поэтому, если вы знаете о тюремной коррупции что-то, что не упоминается в нашем сборнике, напишите нам об этом, и мы внесем в сборник ваш рассказ. Написать нам можно в сообщениях нашей группы в Facebook или в личном сообщении любому из нашей команды. Также можно написать нам письмо: Благотворительный фонд помощи осужденным и их семьям, 115172, Москва, Новоспасский пер., дом 3, корпус 2.

1. «Телефон в хату»

После того, как в отношении подозреваемого или обвиняемого избрали меру пресечения в виде заключения под стражу, его помещают в камеру следственного изолятора (СИЗО). Сначала заключенный находится в так называемом карантине (не дольше 10-ти суток) – камере для вновь прибывших. После этого его переводят в обычную камеру. В карантине персонал СИЗО создает для заключенного условия полной изоляции от семьи и общества. Это дает возможность сотрудникам СИЗО за отдельную плату давать мобильные телефоны заключенным, которые хотят звонить родственника. Как правило, цены за мобильные телефоны существенно превышают рыночные, иногда в десятки раз. При этом факт приобретения сотового телефона у сотрудника СИЗО не предполагает, что заключенный может свободно им пользоваться. Кроме того, во время обыска телефон могут изъять. Более того, заключенный, купивший телефон у сотрудника изолятора, попадает под контроль других работников учреждения: «продавец» телефона, естественно, говорит им том, что в той или иной камере есть запрещенный предмет. Сам продал – сам и сообщил об этом коллегам, которые получают от этого знания свою ренту.

Зачастую при первом же обыске приобретенный телефон изымается, сотрудники составляют акт о нарушении. Такой акт может  перечеркнуть возможность заключенного освободиться из мест лишения свободы по УДО. Изъятый телефон перепродается другому заключенному, а позже вновь изымается. Создается порочный коррупционный круг.

Таким образом, заключенный, приобретая телефон, в значительной мере увеличивает финансовую нагрузку на семейный или свой личный бюджет, и в то же время рискует получить взыскание. Кроме того, не стоит забывать, что в СИЗО в отношении заключенных постоянно ведется оперативная работа — как сотрудниками оперотдела в интересах своей служебной деятельности, так и в рамках внутрикамерных разработок по заданиям сотрудников ФСИН. Факты продажи заключенным сотовых телефонов с известными сотрудникам номерами существенно облегчает проведение многих оперативно-розыскных мероприятий, в том числе ограничивающих конституционные права граждан.

Для примера: СИЗО № 1 г. Нальчик в Кабардино-Балкарии. Телефон Nokia-«фонарик» стоит здесь порядка 10 тыс. руб. при стоимости нового в магазине менее 1 тысячи руб.; ИК-1 г. Ярославль — 2500 руб.

2. «Хорошая камера за деньги».

Сначала платежеспособного заключенного (об этом статусе говорят материалы в арестантском деле, в частности ст. 159 ч.4 или ст. 160 ч.4 УК РФ и т.п. – «экономические», обычно предприниматели, банкиры или чиновники, которые смогли переквалифицировать обвинение во взятке на более комфортное «мошенничество») распределяют в т.н. обжитую камеру с набором удобств (ремонт в жилом помещении и санузле, горячая и холодная вода, наличие телевизора и холодильника, вменяемые сокамерники). Затем сотрудники СИЗО (обычно это офицерский состав оперотдела или отдела безопасности) говорят заключенному, что пребывание в такой камера стоит определенную сумму в месяц. Средние расценки по стране – 150 тыс. руб./мес. Если заключенный отказывается платить, его переводят в камеру, где все перечисленное выше отсутствует, либо в т.н. «пресс-хату». Кроме того со стороны лояльных администрации сокамерников на заключенного может оказываться давление, — в том числе и физическое — что часто убеждает заключенного принять «предложение» сотрудников ФСИН. Если заключенный все же отказывается от «предложения», давление на заключенного может усиливаться до тех пор, пока он не согласится на «предлагаемые» условия.

3. Тюремные магазины и лавки.

В СИЗО или колониях работники ФСИН разрешают заключенным — естественно, за отдельную плату — покупать продукты в магазинах, расположенных на территории ИУ даже при отсутствии законных оснований. При этом сумма расходов осужденного на покупку продуктов и других предметов и вещей не ограничивается нормами Уголовно-исправительного кодекса (для исправительных колоний). В СИЗО не ограничен ежемесячный лимит приобретаемого по весу. Кроме того, администрация пенитенциарных учреждений зачастую злоупотребляет своим положением, незаконно отказываясь принимать в передачах у родственников и близких заключенных те продукты, которые продаются в магазине на территории ИК/СИЗО, фактически принуждая заключенных покупать товары по многократно завышенным ценам. Сотрудники тюремного ведомства формируют у родственников заключенных убеждение, что лучше потратить больше денег на покупку продуктов в магазинах ФСИН, чем рисковать, самостоятельно собирая передачу, которую могут не принять.

Наряду с очевидно завышенными ценами, ларьки ФСИН, пользуясь беспомощностью заключенных и отсутствием реальной возможности направлять жалобы на действие администрации, используют ряд схем по получению дополнительного дохода. Так, вместо указанного в заявлении или выбранного на сайте магазина товара, в камеру заключенному доставляют аналогичный продукт, но гораздо худшего качества, более дешевый. Нередко также заключенным через торговую сеть ФСИН продают просроченный и списанный с баланса учреждения товар, непригодный для приема в пищу.

4. Чайники, холодильники, инструменты и т.д.

В колониях — за дополнительную плату сотрудникам ИУ — осужденным разрешается за свой счет покупать в магазинах за пределами колонии различные предметы и завозить их на режимную территорию (покупка холодильников, чайников, телевизоров, строительных инструментов, спортинвентаря и т.д.). Часть приобретенного заключенными ставится на баланс колонии/СИЗО и проводится сотрудниками ФСИН как закупленное в рамках госзакупок, а выделенные на эти закупки деньги из бюджета распределяются между сотрудниками ИУ.

5. «Ремонт V1.0».

Среди сотрудников администрации колоний широко распространена практика фиктивного оформления документов по ремонту жилых помещений и зданий бараков. Так, руководство ИУ планирует организовать ремонт в здании, где живут осужденные. Готовятся документы о лже-закупке материалов, различные ведомости, которые подтверждают выполнение строительно-монтажных работ якобы за счет средств из бюджета. Фактически же ремонт ведется за счет платежеспособной части заключенных: они подвергаются насилию со стороны сотрудничающих с администрацией заключенных («актива» или «козлов») – их заставляют давать деньги на ремонт. Выделенные же из госбюджета средства на ремонт распределяются среди высокопоставленных сотрудников колонии.

Справка: п.п. 4 и 5 характерны тем, что заключенный, приобретая что-либо в свою камеру или делая ремонт в отряде, не застрахован от перевода в другую камеру или отряд по завершении ремонта. В новой камере (отряде) ему вновь придется делать ремонт. Таким образом, администрация колонии в разы повышает объемы строительных работ в ИК за счет заключенных, а деньги, выделенные на это из бюджета, делят между собой.

6. «Ремонт V2.0»

Существуют также схемы с субподрядами. Головное подразделение ФСИН (например, территориальное Управление) оплачивает за государственный счет строительные работы подчиненному ему подразделению (ФГУП), которое, в свою очередь, для выполнения обязательств по контракту заключает субподрядные договоры и покупает строительные материалы у аффилированных коммерческих структур в рамках закупок у единственного поставщика (специально прописывается техническое задание, исходя из которого все, кроме одного участника, не проходят первую часть аукциона или вообще не подают заявки, или выставляется заведомо низкая цена, делающая предложение непривлекательным). Закупка у единственного поставщика часто косвенно свидетельствует о том, что между госчиновниками и предпринимателями существует преступный сговор. Фактический подрядчик, также в рамках госзакупок, платит за выполнение работ или поставку материалов на расчетные счета фирм цену, превышающую рыночную стоимость товаров и услуг.

В дальнейшем часть полученных от заказчика денежных средств (разница между рыночной и завышенной суммой) обналичивается через контрагентов и делится между всеми участниками схемы (см. рис. ниже).

Схема характерна для ФГУП СМУ-13 ФСИН и связанных с ним территориальных Управлений ФСИН.

7. Должности

«Запомни сам, скажи другому, что честный труд – дорога к дому». Об этом осужденным постоянно напоминают плакаты, развешанные по территории колоний (формулировки могут варьироваться). Рассматривая ходатайства об УДО, судьи учитывают, что заключенный работал в колонии. Кроме того, работающему заключенному проще получать поощрения и благодарности от администрации колонии, а они позволяет изменить режим отбывания наказания на более мягкий – т.н. «облегченка». Но в колонии при этом просто не достаточно должностей для всех заключенных, которые хотят работать. Этим активно пользуются сотрудники ИУ и организуют торговлю должностями. Обычно администрация колонии еще в карантине предлагает платежеспособному осужденному — через другого осужденного – купить для себя ту или иную должность. Если осужденный соглашается, ему дают номер банковской карты (обычно оформленной на родственников сотрудников ИУ), на которую надо перевести деньги.

Например, стоимость должностей в ИК-13 г. Нижний Тагил: дневальный отряда – от 100 тыс. рублей, санитар медицинской части – от 400 тыс. до 2 млн. рублей; работник т.н. «нарядки» — от 150 тыс. рублей, дневальный клуба, библиотеки – от 250 тыс. рублей. ИК-1 г. Ярославль: завхоз столовой оплачивал не стоимость должность, а нахождение на ней в размере 300 тыс. рублей за 4 месяца работы.

8. Поощрения

Если у осужденного есть деньги, ему предложат регулярно покупать поощрения и благодарности (без выполнения какой-либо трудовой повинности), а также оплатить перевод на облегченный режим содержания, позволяющий увеличить лимит денежных средств на покупки в магазине колонии, получать большее количество посылок, передач, длительных свиданий, а также повысить шансы выйти из колонии по УДО. Также можно купить разрешения на отпуск (14 суток) на «облегченке» осужденным, не имеющим взысканий. Так, в ИК-1 г. Ярославль, осужденный, который и так имел право на законный отпуск домой, за свой счет оплатил отсыпку гравием плаца ИК. Известны случаи, когда осужденные оплачивали относительно комфортное проживание, дополнительное питание и работу в библиотеке, спортивном зале и т.д.: 30 тыс. руб./мес. ИК-13 г. Нижний Тагил: 1 поощрение от 50 тыс. руб.

9. «Чистка»

Также можно заплатить сотрудникам колонии, и они «почистят» дело заключенного (уберут из него взыскания) перед подачей ходатайства в суд по УДО, сотрудники могут подготовить положительную характеристику, которая прилагается к материалам дела. Можно купить положительное решение комиссии по УДО в колонии и ходатайства администрации непосредственно в ходе судебного заседания.

На примере ИК-13 Свердловской области — за одно поощрение сотрудникам передается  порядка 50 тыс. рублей. В среднем в стране помощь в освобождении по УДО оцениватся работниками ФСИН в 150 тыс. руб. ИК-13 г. Нижний Тагил – от 150 тыс. руб.; ИК-1 г. Ярославль от 1 млн. рублей (за срочность).

10. Перевод в другую ИК

После вступления приговора в силу осужденного включают в этапные списки и часто распределяют в колонию, которая находится довольно далеко от его дома и родственников, которые могли бы приезжать на свидания и привозить передачи. Попав в колонию, заключенный может заплатить сотрудникам ФСИН высокого ранга и перевестись в более близкое или благоприятное ИУ. Перевод в другую колонию бывает необходим и из-за противоречий с другими осужденными. Стоимость такой «услуги» порядка 2,5 млн. руб. И далеко не факт, что после «взноса» договорённость о переводе будет соблюдена.

11. Перевод на посёлок

Часть заключенных, у которых объективно нет шансов на УДО, покупают у сотрудников ИК возможность перевода в более мягкие условия отбывания наказания — «колонии-поселения». Руководство ИУ готовит положительную характеристику и другие необходимые материалы, отправляет их в суд, ходатайствует в суде о перережиме.

12. «Платный этап»

Этот вид коррупционной деятельности похож на «перевод» заключенного в другую ИК. Отличие только в том, что осужденный, еще находясь в СИЗО, «заказывает музыку», т.е. платит сотрудникам ФСИН и выбирает место отбывания наказания.

Стоимость «услуги» в среднем по стране варьируется от 1 млн. до 2,5 млн. рублей. Покупая возможность выбрать место этапирования, осужденный серьезно рискует. Речь идет даже не об угрозе быть привлеченным за взятку должностному лицу. Опасность в том, что, выплачивая крупную сумму за выбор места отбывания наказания, осужденный раскрывает перед рядом сотрудников ФСИН свой материальный статус. Напомним, оплата «услуги» не дает гарантий безопасности. Информация о том, что у осужденного есть деньги, делает его до конца срока мишенью, поскольку другие сотрудники также захотят на нем заработать. Есть реальный шанс, что еще на стадии этапирования на него могут составить акт за выдуманное нарушение и т.п. Кроме того, велика вероятность, что другие осужденные могут узнать о его материальном положении и также начать вымогать деньги.

13. «Остаться отбывать наказание в СИЗО»

Люди, осужденные впервые, часто боятся этапа и жизни в колонии. Поэтому они решают заплатить и остаться отбывать наказание в СИЗО — в составе бригады хозяйственной обслуги. Для этого руководство СИЗО издает внутренний приказ – оставить осужденного отбывать наказание в СИЗО с одновременным трудоустройством его в бригаду хозяйственной обслуги. На примере СИЗО № 1 г. Тверь – 500 тыс. рублей. Трудоустройство в бригаду хозобслуги (т.н. «козлы») часто бывает большой ошибкой. В среде заключенных эта категория не пользуется уважением. Это одна из низших каст в арестантской иерархии. Один раз попав в нее, заключенный остается в ней навсегда. Если человека через какое-то все-таки этапируют в колонию, в ней он будет занимать то же непривилегированное положение со всеми вытекающими последствиями.

14. Лже-ВИЧ статус и диет-питание

На питание осужденных выделяется мизерные суммы ( 72 руб./сутки). Однако некоторым категориям осужденных (больным ВИЧ, туберкулезом, диабетом) по закону положено ежедневное дополнительное питание: яйца, молоко, творог. Заключенный может заплатить медицинскому персоналу ИК и, не имея положительных анализов или симптомов указанных болезней, получить желаемый статус, который дающий в зоне право получать дополнительное питание. В анализы осужденного вносятся коррективы, медработник ФСИН передает данные о положительной реакции на «ВИЧ» и т.д. в «нарядку», работники которой, также из числа заключенных, формируют списки на диетическое питание, а также ставят отметку «ВИЧ» красным цветом в правом верхнем углу личной карточки осужденного.

15. «Путаны»

Некоторые осужденные за дополнительную плату получают т.н. «КДС» — трехдневные свидания (в комнатах длительных свиданий, КДС), в том числе вне положенного им по УИК лимита. Также можно оплатить свидания с проститутками. За деньги работники ИУ закрывают глаза на длительные посещения заключенных такими псевдо-жёнами. Сложности у неосведомленного осужденного начинаются после того, как он решает  поменять не понравившуюся «первую». Сложности будут и когда на длительное свидание к нему приедет настоящая жена. Дело в том, что сотрудники ИК вносят в книгу посещений близких родственников осужденного, и когда приезжает реальная жена, возникают сложности, поскольку в графе «жена» у ее мужа указаны данные проститутки. Конечно, отметка в паспорте жены о браке быстро разрешит дилемму, однако ее оповестят о «другой жене», ранее внесенной в учетную книгу.

Стоимость услуги может варьироваться. Пример: ИК-1 г. Ярославль – 6-10 тыс. руб., ИК-13 г. Нижний Тагил – от 50 тыс. руб...

16. Алкоголь и наркотики

В СИЗО и колониях довольно много заключенных, которые стремятся к употреблению алкоголя и наркотиков. Многие осужденные полагают, что алкоголь и наркотики могут облегчить отбывание наказание. Во многих учреждениях ФСИН, как в СИЗО, так и в ИК, сотрудники проносят запрещенные вещества и продают их заключенным. Цена на услугу формируется из себестоимости запрещенных веществ с учетом коэффициента из-за особых условий.

17. «Выйти в люди»

«Авторитетам» и ворам в законе для поддержания статуса или по другим причинам часто необходимо участвовать в «общих мероприятиях», проводимых представителями криминалитета за пределами СИЗО. Так появилась еще одна платная услуга: сотрудники СИЗО под личную ответственность ненадолго отпускают представителей воровской элиты (для участия в сходке, коронации новых воров и т.п.). Стоимость услуги плавающая и зависит от осужденного, который хочет ее получить. Чем авторитетнее заключенный и чем более значима цель выхода на волю, тем большую сумму запросят в СИЗО. Эта услуга построена исключительно на взаимном доверии. Заключенные не распространяются об этой услуге даже в своей среде, не сбегают, чтобы не подставлять сотрудников, поскольку другие работники ФСИН, узнав об этом, сразу перекроют такие каналы по всей стране. Это может привести к череде конфликтов среди воровской элиты.

18. «Рабский труд»

Сотрудники колонии делят ставки рабочих мест осужденных. Так, одну ставку (1 рабочее место) работники колонии делят на 0,1 ставку, трудоустраивая вместо 1-го осужденного 10 человек. При этом заработная плата трудоустроенного заключенного уменьшается в 10 раз. В итоге администрация колонии получает 10 полноценных рабочих, занятых полный трудовой день (смену), а платят им, как одному осужденному. Особенно актуальна эта схема на промзоне, поскольку она снижает себестоимость продукции, повышает рентабельность производства, увеличивая размеры незаконной выручки, которую получают сотрудники ФСИН. Пример: на швейном производстве требуется 100 рабочих. В стоимость конечной продукции закладывается заработная плата 400 рублей в месяц на каждого рабочего. Приказом оформляются 100 человек на 0,1 ставку швеи. Каждый из них получает зарплату 40 руб./мес. При этом фонд оплаты труда, напрямую влияющий на себестоимость производимой продукции, составляет 4 тыс. рублей, а не 40 тыс. рублей при оформлении рабочих на полную ставку и 100 % оклад, т.е. снижение себестоимости — при одновременном увеличении объемов выручки — составляет 36 тысяч рублей. «Экономия» полностью забирается руководством ФСИН.

19. Махинации с отчетностью на производстве

Достаточно серьезный объем денег, незаконно получаемых руководством ФСИН, приходится на «серые» схемы, которые используются при оформлении отчетных документов. Так, изолированность производственных объектов и закрытость колоний позволяют сотрудникам ФСИН существенно занижать объемы произведенной на «промке» продукции, а потом продавать не задокументированные излишки. Пример: на промзоне ИК-Х в текущем месяце в рамках контракта с ПАО «Газпром» на пошив 100 комплектов светоотражающих жилетов, фактически было произведено 1000 комплектов. В итоге 900 комплектов реализуется ПАО «Газпром» через принадлежащую родственникам начальника ИК фирму, вся выручка распределяется между сотрудниками колонии, остальные 100 комплектов реализуются в соответствии с договорными обязательствами заказчику с переводом оплаты на счет колонии.

20. Хищения

В некоторых колониях руководство организовывает схемы с «липовыми» поставками топлива. Так, в ИК-1 УФСИН России по Ярославской области сотрудники во главе с начальником ИУ организовали следующую схему. В рамках контрактов на поставку мазута в ИК заезжает автомобиль с емкостью ГСМ. На территории колонии сотрудники имитируют слив топлива и автомобиль отправляют обратно. На КПП при выезде из ИК происходит фиктивная проверка емкости. Похищенный таким образом мазут реализуется, доход распредяется между участниками схемы.

21. Система двойных бюджетных закупок

Одно из наиболее прибыльных коррупционных направлений для представителей системы ФСИН — создание внутрисистемного рынка и системы двойных закупок, реализуемых в рамках госконтрактов. Схема состоит в следующем. Одно из структурных подразделений ФСИН заключает с предпринимателем контракты на поставку продукции (например, на деятельность по выращиванию сельскохозяйственных культур). После чего коммерсант обналичивает денежные средства и часть их передает чиновникам ФСИН. На незначительную часть перечисленных на расчетный счет предпринимателя средств в конце сезона сбора урожая у того же предпринимателя закупают продукцию, которую оформляют как то, что произвели на арендованных колонией полях. Также часто занижается объем «произведенной» сельхозпродукции, которую завозят в ИК.

Чуть более простая схема, значительно увеличивавшая нагрузку на бюджет заключается в следующем. Одно из подразделений ведомства закупает товар на бюджетные деньги, а потом продает его другому юридическому лицу ФСИН, которое в свою очередь также покупает его на деньги из бюджета. Таким образом, конечная стоимость продукта возрастает. Искусственно созданный руководством ФСИН (вследствие двойных закупок) перерасход денежных средств в итоге обналичивается через аффилированную с ними сеть контрагентов и делится между сотрудниками ФСИН.

По данным Следственного комитета России, такой способ хищения бюджетных средств довольно долго использовал бывший заместитель руководителя ФСИН РФ Олег Коршунов. Сейчас его обвиняют в мошенничестве с госконтрактами на закупку топлива, продовольствия, обуви для ведомства, а также в махинациях при строительстве СИЗО в Симферополе.

К этим схемам причастны руководители ГУФСИН РФ по Новосибирской области, УФСИН РФ по Оренбургской области, УФСИН РФ по Ставропольскому краю, УФСИН РФ по Республике Мордовия (закупки продовольствия и продукции сельскохозяйственного назначения), ФГУП Архангельское ФСИН (закупки рыбной продукции).

22. Магазины ФСИН

На примере ФГУП «Калужское» ФСИН России, который занимается обеспечением колоний и СИЗО едой, товарами первой необходимости и трудоустройством осужденных в ИУ, можно проследить финансовые махинации и хищения денежных средств. Так, Коршунов создал в ИК и СИЗО сеть интернет-магазинов, которые работали под началом ФГУП «Калужское». Интернет-магазины в колониях и изоляторах были и раньше, однако ими руководили частные предприниматели: коммерсанты заключали контракты с управлением ФСИН по Москве, согласно которым 18% от оборота они перечисляли в бюджет. Коршунов же замкнул все контракты на ФГУП «Калужское» ФСИН. С 2014 года на основании телеграммы заместителя директора ФСИН Александра Сапожникова единственным хозяйствующим субъектом, осуществляющим торговлю в московских СИЗО, стало ФГУП «Калужский». Частным игрокам предложили заключить договоры с этим ФГУП, и предложили отчислять туда средства, которые прежде поступали напрямую в бюджет ФСИН. В 2015 году ФГУП «Калужское» отказалось продлевать эти договоры и заключило договор с платежным агентом ООО «Интакс», монополизировав рынок торговли для заключенных через платежные терминалы и интернет. Ежегодная прибыль от торговли в 7-ми столичных и 12 подмосковных СИЗО, по некоторым оценкам, составила 250–300 млн руб. в год. До назначения Коршунова магазины при СИЗО конкурировали, но замдиректора ФСИН конкуренцию уничтожил. ФГУП «Калужское» стало держать очень высокие цены на все товары. Часть получаемой сверхприбыли от продажи по завышенным ценам обналичивалась и делилась между участниками схемы.

Автор: Денис Тимохин

В создании материала участвовал Руслан Вахапов

 

Источник: https://zekovnet.ru/entsiklopediya-tyuremnoj-korruptsii/

Комментарии

Добавить комментарий

Смотрите также: