Этап

Транзитно-пересыльные пункты

0

ТПП – создаются как и при исправительных колониях, так и при СИЗО, берущих на себя функции ТПП. Обязательным условием является  разграничение содержания с остальными заключенными, отбывающими там наказание.

В 2008 году ФСИН начала реализовывать меры по созданию сети транзитно-пересыльных пунктов (ТПП) по всей России. Реальное новшество концепции ФСИН касается системы конвоирования.

Идеальным вариантом, с точки зрения системы ФСИН, является создание целой сети ТПП во всей стране, работающих максимально независимо от остальной системы исполнения наказаний. Посредством создания такой сети ТПП происходит  максимально быстрое и удобное передвижение заключенных по всей стране, а это ежегодно десятки тысяч людей.

Первые ТПП, либо тюрьмы с подобными функциями, начали работать в 2008 г. Однако законодательный статус они получили лишь в 2012 г., после внесения соответствующих поправок. Процедура размещения осужденных в транзитно-пересыльных пунктах в момент конвоирования не была прописана в законе.

ТПП на протяжении нескольких лет оставались абсолютно «серыми» зонами для работников прокуратуры, правозащитников, родных и близких заключенных. ТПП – по-прежнему являются объектами повышенной режимной секретности в системе ФСИН. На их территорию невозможен доступ для адвокатов и родственников осужденных, заключенные в момент содержания в ТПП лишены возможности совершить звонок, отправить домой письмо, написать жалобу, получить передачу и пр.

Поправки касались статьи 76 УИК РФ и были следующими:

«Для временного содержания осужденных, следующих к месту отбывания наказания либо перемещаемых из одного места отбывания наказания в другое, при исправительных учреждениях и следственных изоляторах могут создаваться транзитно-пересыльные пункты. Осужденные содержатся в транзитно-пересыльных пунктах на условиях отбывания ими наказания в исправительном учреждении, определенном приговором или определением суда либо постановлением судьи, и с соблюдением требований, предусмотренных частью второй настоящей статьи. Предельный срок содержания осужденных в транзитно-пересыльных пунктах составляет не более 20 суток».

Окончательно «легализованы» ТПП были в 2014 г., соответствующим приказом Министерства юстиции РФ. Читаем выдержку из него:

«ТПП создаются на изолированном участке при исправительном учреждении или следственном изоляторе уголовно-исполнительной системы в целях временного содержания осужденных, следующих к месту отбывания наказания либо перемещаемых из одного места отбывания наказания в другое (далее — осужденные)».

До сих пор ни на ресурсах тюремного ведомства, ни в открытой ведомственной отчетности, ни в прессе нет никакой внятной информации по ТПП, их количеству и адресах расположения, ответственных за их функционирование, о статусе и положении этих подразделений в общей системе ФСИН.

В пункте 23 ПВР помимо всего прочего отдельной строкой написано: «С осужденными в период нахождения в ТПП осуществляется воспитательная работа».

То есть, помимо своей прямой функции — обеспечения конвоирования осужденных, ТТП имеет воспитательную функцию. Это зафиксировано на формальном уровне.

Есть мнение, что создание сети ТПП изначально реализуется с целью «перевоспитания» и «ломки» всех элементов представляющих опасность для ФСИН – «блатные», «исламисты», «бандиты», «чеченцы», «тувинцы» и пр. и установлением полного контроля за жизнью заключенных.

То, что не удалось в полной мере реализовать в системе ГУЛАГа, сегодня реализуемо посредством использования новых технических средств и разработок в сфере психологии. Есть также мнение, что особый статус, внедрение и технологии реализации идеи функционирования ТПП принадлежат не только ФСИН, но и другим, куда более могущественным ведомствам.

Косвенным подтверждением, этому служит то, что ТПП имеют свои собственные мощные оперативные службы, у которых помимо воспитательной работы стоят задачи раскрытия преступлений. Открытой статистики нет нигде, но опять же есть мнение, что счет «явок с повинной» написанных в ТПП идет на тысячи.

Власть директоров

Благодаря своему особому и крайне закрытому внутриведомственному положению, а также «серому» характеру функционирования, с точки зрения закона, у оперативных служб ТПП существует максимальная свобода действий в отношении заключенных.

Действуют они не напрямую. А через особую касту заключенных, которые сами называют себя «директорами». Это элита красной масти, «преступность 21 века», как они сами себя называют. Выведена эта масть была в лабораториях оперативной службы Красноярского края и затем получила свое распространение на пересыльных тюрьмах Челябинска, Омска и Иркутска. «Гастроли» главных звезд этой новой масти заключенных из Красноярска в Иркутск, и обратно, наводят ужас на целые управления, и тысячи осужденных.

Карелия, Мордовия и Владимир меркнут на фоне реальности ТПП Челябинска, Омска, Красноярска и Иркутска. Любому человеку, побывавшему «в командировках за Уралом», само название этих городов расскажет о многом. Но абсолютное большинство заключенных, перенесших на себя ужасы этих ТПП, предпочтет молчать. Потому как у нас, как говорится, от тюрьмы  «не зарекайся».

Расскажу о тех ТПП, которые более всего «на слуху» среди заключенных.

Транзитно-пересыльный пункт при ИК № 1 города Копейска Челябинской области наиболее известен широкой публике. Возможно, это ТПП, который начал функционировать раньше всех остальных. Его функционирование прекращено после ряда преступлений в 2009 г. попавших в СМИ. В преступном мире эта тюрьма осталась известна как место убийства нескольких «воров» и «бродяг» (авторитеты «блатного» мира). Сейчас функцию ТПП выполняет СИЗО № 1 г. Челябинска. Именно в нем я провел около недели, по пути из Бутырской тюрьмы, ожидая дальнейшего конвоирования на восток.

Далее на восток, функцию ТПП выполняет СИЗО-1 г. Омска. Об этой «замечательной» тюрьме я услышал в первый же день этапа. Но судьба миловала. Омск мы проехали без остановок. Заключенные рассказывали об общем для всех ритуале «причастия» всех осужденных из одной посуды в тюрьме Омска. Что является неприемлемым для большинства заключенных. Те из осужденных, кто отказывался, есть из одной тарелки, с которой ранее ел осужденный низкого социального статуса («обиженный»), обрекали себя как минимум на голодовку, либо на пытки и избиения.

Транзитно-пересыльный пункт (с наполняемостью 447 мест) при ИК-6 г. Красноярска. Наиболее массовое и финансово успешное управление ФСИН которое, всегда имело особый статус в иерархии управлений ФСИН. Именно через данное ТПП проходят многие этапы, следующие из Европейской части России в Восточную Сибирь, Дальний Восток, и обратно. Любой заключенный, как-либо обозначивший свою принадлежность к воровским традициям, вынужден здесь писать письменный отказ от воровских традиций. Естественно, что этапы, которые шли, например, с Забайкальского края, Амурской области (славящихся своими криминальными традициями), попадая в данное ТПП, заканчивались кровавыми столкновениями.

Победитель всегда был один – «директора». Особый вопрос этапы из Чечни и Тувы (славящиеся неуправляемостью контингента). Представителей этих народов в количестве не более 2 человек на камеру распределяли для перевоспитания по всей тюрьме. И вновь победителями оказывались «директора».

Оперативная служба Красноярского управления ФСИН тщательно отбирает наиболее «сильные» кадры для ТПП, как правило, заключенных с большими сроками и устойчивой психикой. По факту– это «беспредельщики» из числа спортсменов.

«Директора» осуществляют «ломку» заключенных, придерживающихся воровских традиций, но не только. Особая их функция и ценность заключается в том, что они повышают статистику раскрываемости преступлений, посредством выбивания показаний и явок с повинной из осужденных, на которых им укажут оперативники.

Камеры в ТПП 16-местные: два «директора», два заключенных им в помощь, и собственно остальное пространство заполняется осужденными с этапа (до 12 человек соответственно). В моем случае, как стало ясно позднее, я попал не в самую худшую и не в самую лучшую камеру в данной тюрьме.

Два директора кратко «доводили»  до вновь прибывшим распорядок и правила в камерах. Тех, кто отказывался от поочередной уборки в камере, избивали тут же. У «директоров» уже опытный глаз, осужденных, с тягой к «воровским» традициям и соответствующим поведением, они так же выявляли достаточно быстро.

К физическому насилию прибегают в последнюю очередь, как правило, «директора» виртуозно владеют всеми способами психологического давления и игрой слов. Не лишены они и собственного пафоса. «Срывайте маски, господа!» – с этого начинается их обращение к каждому новому этапу.

Частые столкновения с национальными меньшинствами сделали их расистами, что идет в разрез с укладом воровского мира. Большое внимание уделялось спорту. Физической форме «директоров» можно позавидовать. Тренировки длились по 2-3 часа, дважды в день. Это было также элементом давления на остальных заключенных. Питание в ТПП на удивление хорошее, как в советской столовой. Возможность заниматься спортом есть. Кроме того, у «директоров» всегда есть доступ к «майданам» (сумкам) других осужденных. Все самое вкусное несли к ним на стол. Иначе и быть не могло.

В тюрьме около 30 камер.  «Директора» имеют  возможность общения между собой. Ходят в гости друг другу, подолгу общаются. Так сказать, вырабатывают общую «линию поведения». Мне известно об их командировках, как минимум, в Иркутск. Слышал от заключенных о сексуальном насилии и вымогательствах в этой тюрьме. После недельного пребывания в подобных камерах, заключенные начинали кукарекать, лаять, прыгать зайчиком, жить под кроватью — по команде «директоров». Так ломалась человеческая воля и из человека уже далее лепили все, что угодно в лагерях. Как правило, роботов, с заученными ПВР и набором механических действий.

В ТПП Омска, Красноярска, Иркутска под различными предлогами привозят отдельных осужденных из других управлений на перевоспитание либо же  для дачи кому-то очень необходимых показаний.

Девиантное поведение, культивируемое в подобных местах, может в короткие сроки транслироваться на всю систему исполнения наказаний. «Директора» готовят себе смену среди молодежи. За годы плодотворной работы они накопили огромный опыт и потенциал. Команда из 5-6 таких осужденных может легко «сломать» «черный» лагерь численностью в 2 тысячи человек.

ТПП – это не просто попытка реформирования процедуры конвоирования осужденных. Это значимый и закрытый эксперимент, который в миниатюре синтезирует традиции «ГУЛАГА», помноженные на новейшие психологические разработки и технологии 21 века. Какой монстр из этого может родиться в итоге, известно лишь тем структурам, которые стоят за этим экспериментом.

Виктор Васильев, аспирант экономического факультета МГУ им. Ломоносова, бывший заключенный ИК-8 ФСИН Республики Бурятия.

Поделиться ссылкой:

Комментарии

Добавить комментарий

Смотрите также:

Также Этап